Карта сайта
Поиск по сайту


Rambler's Top100

К 25-летию Сибирского филиала | Сибирский филиал Института наследия | Культура Сибири | Краеведческая страница | Библиотека сайта | Авторский взгляд | Журналы Сибирского филиала Института наследия | Контакты
Места памяти



 

К.Ю. Гизиева

младший научный сотрудник, СФ РИК

 

ОМСКИЕ НЕКРОПОЛИ КАК ИСТОЧНИК ПО СОЦИО-КУЛЬТУРНОЙ ИСТОРИИ (НА ПРИМЕРЕ КАЗАЧЬЕГО КЛАДБИЩА)


Кладбища – неотъемлемая часть крупного населенного пункта. Как объект городской территории они воспринимаются частью городского хозяйства, а после прекращения на их территории погребений, как правило, выпадают из сферы интересов коммунальных служб. Старинные закрытые кладбища не получают юридического статуса памятников истории и культуры, что приводит к неопределенности их состояния. Большое значение в изучении придается исследованию надгробий, имеющих художественную ценность, а также текстов эпитафий, которые расцениваются специалистами как художественные и литературные памятники, отражающие социальные условия и мировоззрение своей эпохи. Также, кладбище необходимо рассматривать как социокультурное явление: сведения о времени жизни и смерти, заслугах, фамильных связях, социальном положении лиц – важнейшие сведения для генеалогов, искусствоведов, историков и краеведов.

Казачье кладбище 1902 г. Из коллекции В.И. Селюка

В начале 40-ых гг. XIX в. в Омске было открыто Казачье кладбище, где находили свой последний приют жители Ильинского, Казачьего и Новослободского форштадтов. Своим появлением оно всецело обязано Никольскому Казачьему собору, так как признавалось необходимым «иметь при войсковой церкви для погребения тел умерших кладбища, отдельного от городского, которое в настоящее время находится уже внутри города и постепенно застраивается, почему и имеем честь просить покорнейше Войсковую канцелярию не оставить снестись с кем следует об отводе для этого особого места. Причем для войскового кладбища, весьма бы прилично было занять место, состоявшее до сего под огородом и рощею войсковой фабрики, если оно не будет входить в черту внутреннего расположения города»1. Располагалось оно в квадрате улиц Куйбышева, 8-й Линии, Успенского и Съездовской. Некрополь был разбит на аллеи, которые, в свою очередь, образовывали кварталы. На его территории были выделены участки для захоронений кадетского корпуса, католического и холерного кладбищ.

Входили сюда через большие каменные ворота в створе Никольского проспекта (теперь ул. Красных Зорь). Центральная аллея некрополя вела к церкви во имя Всех Святых (Всехсвятская кладбищенская), построенной в 1859 г. на средства потомственного почетного гражданина, известного купца и городского головы В.П. Кузнецова, в 1896 г. к ней пристроили колокольню на деньги омского купца Г.В. Шкроева. Церковь вмещала в себя до 400 человек.Вход на Казачье кладбище 1940 г. Из коллекции В.И. Селюка

Храм был квадратным, четырехскатную крышу венчала луковичная главка на высоком восьмигранном барабане. Арочные окна обрамляли килевидные наличники, а фризовый пояс украшал ряд сухариков. Грани колокольни имели арочную форму с покрытием в виде килевидных бочек. Завершалась колокольня шатром с окошечками на всех гранях и луковичной главкой. В феврале 1939 г. церковь закрыли, а в 1975 г. – снесли.

На кладбище Сибирского казачьего войска нашли последний приют останки людей, составлявших славу и гордость Омска: ученых, архитекторов, поэтов. Здесь предавали земле прах знатных людей города. По сути, оно было мемориальным.Были погребены: акмолинской областной архитектор В.К. Гейде, ученый и поэт П.Л. Драверт, сибирский этнограф и историк Ф.К. Зобнин, историк и общественный деятель Г.Е. Катанаев, этнограф и общественный деятель А.Е. Новоселов, краевед А.Н. Седельников, педагог М.М. Сиязов, историк Могила Б.С. Вейсборда 1954 г. Фото А.В. БорисоваА.К. Сулоцкий, архитектор И.Г. Хворинов и другие почитаемые люди города. На территории кладбища был выделен специальный участок Сибирского кадетского корпуса. Здесь же располагались фамильные погребения купцов, военных и т.д.

Стиль надгробий XIX и начала XX в. был обусловлен религиозными воззрениями. Один из самых распространенных видов надгробий на Казачьем кладбище были кресты. Деревянные кресты были характерны для начала XIX в., но уже к концу столетия в связи с развитием металлургии их сменили чугунные аналоги. Среди дореволюционных надгробных сооружений чугунные кресты были довольно распространены. Из воспоминаний краеведа В.И. Селюка: «Я был здесь с дедом Прокопием Андреевичем Селюком. Он ходил на могилы родственников и друзей. Это позволило мне лучше узнать кладбище, тех, кто лежал под тем или иным крестом. Выделялись могилы купцов Барановых. Это были два чугунных креста высотой не менее 2,5 м, толщиной почти с телеграфный столб, с чугунными надгробиями»2. Кресты, характерные для конца XIX в., содержат минимум сведений о погребенном, не было принято оставлять надписи о покойном (эта тенденция появляется лишь к началу XX в.). К примеру, на могиле регента Пророко-Ильинской церкви В.Е. Розанова (1883–1932) установили железный крест и три железные таблички с прозаической и стихотворной эпитафиями (стихотворная – от хозяйки квартиры, где он проживал): «Незаменимому талантливому художнику, неподражаемому и чуткому певцу, уважаемому регенту Ильинской церкви В.Е. Розанову от признательных певцов, друзей и прихожан Ильинской церкви. Исцели душу мою, яко согреших тебе».

С середины прошлого века произошла унификация надгробных памятников. Чаще всего это надгробные плиты из бетона с мраморной крошкой либо из мрамора или гранита, на которых расположено фото, имя и иногда – эпитафия от родственников покойного. Мемориальная скульптура дореволюционного периода обладала гораздо более интересными формами и вариантами исполнения: «На кладбище было много заметных архитектурных сооружений. Очень много было ажурных металлических оград работы завода К.В. Куликова. Его руку всегда легко узнать. Часть – в традиционном восточном (персидском) стиле, были и в стиле модерн, а также украшенные металлическими цветами. В часовнях над могилами стояли кресты, металлические и мраморные памятники в виде кафедр, колонн. Помню могилу Г.Е. Катанаева. Надгробный памятник был в виде кирпичного столба высотой 1,3 м. Толщина столба составляла примерно 60 см. Наверху – коническое металлическое навершие. В стенах столба – небольшие ниши для досок, которые в это время уже отсутствовали»3.

Представители купеческого сословия тяготели к обозначению на памятниках заслуг умершего и большим эпитафиям, говорящим современникам и потомкам о достойном жизненном пути. На купеческих надгробиях часто рядом с именем обозначена принадлежность к гильдии. «На север от церкви, сразу за главной аллеей, были могилы омских купцов. Помню красивый памятник на могиле А.Т. Пахотина. Невдалеке – могилы Разумовских, Галкиных, Колмогоровых, Кузьминых, Елизаровых, Волковых, Серебрянниковых. Помню на одной могиле бронзовую пушку XVIII века. Кажется, ее увезли потом в музей. Были могилы, накоторых так и было написано: "купец II гильдии"»4.

С 1925 г. Казачье кладбище приходит в запустение. Растаскиваются надгробия. В 1939 г. Омский горисполком принял решение о его закрытии. 17 января 1941 г. – еще одно решение о закрытии Шепелевского и Казачьего кладбищ. Предусматривался перенос погребений и оборудование нового некрополя. Тогда на Старо-Восточное кладбище усилиями А.Ф. Палашенкова были перехоронены останки учёного и поэта П.Л. Драверта, а также хирурга, одного из основоположников советского здравоохранения Б.С. Вейсброда. На Старо-Северное – контр-адмирала А.М. Лаврова. Несколько старых семей перенесли прах близких с Казачьего кладбища на Восточное, это Разумовские, Волковы, Елизаровы, Галкины. Но большинство остались на старом кладбище. В это время было утрачено большинство могил и вместе с ними ценных надгробий того периода. В результате уничтожения или вторичного использования старинных надгробий (перебитые, затертые надписи), сведения о погребенных оказались уничтоженными.

С началом Великой Отечественной войны, в 1941–1942 гг. Казачье кладбище вновь было открыто для захоронения рядовых и офицеров, скончавшихся в госпиталях города. Но никаких памятных знаков, монументов установлено не было. Неоднократно городские власти принимали решение о закрытии кладбища, а в начале 1960-х гг. в печати объявлялось о его ликвидации. В 1960–1970-е гг. некрополь уничтожили. В последующий период на данной территории возвели медицинские учреждения: детскую многопрофильную больницу и поликлинику. В процессе копки ям для фундамента из земли извлекли останки погребенных, которые были увезены за город.

В последующем на оставшейся незастроенной территории бывшего Казачьего кладбища разбит мемориальный сквер (автор проекта архитектор В.А. Баранов), посвященный участникам Великой Отечественной войны, умершим в омских госпиталях и преданным земле примерно в этом месте. 22 июля 2003 г. здесь был установлен памятный знак в честь тех же воинов. Мемориальный сквер открыт 22 июня 2005 г. В основе архитектурного решения сквера лежит принцип восстановления исторической планировки алей по архивным материалам. В его центре, на пересечении главных аллей, расположена Всехсвятская церковь, одно-престольная, с колокольней, выполненная пообразцу деревянной церкви в с. Екатериновка Тевризского района (автор проекта архитектор О.А. Крупина).  Открытие ее состоялось 11 января 2005 года. На том месте, где церковь стояла до сноса, возведен своеобразный каменный обелиск – силуэт церкви Во имя Всех Святых.В восточной части сквера, на главной аллее, размещаются мемориальная зона и памятный знак воинам Великой Отечественной войны, представляющий собой гранитный камень на постаменте с пятиконечной звездой и факелом для вечного огня. На пересечении улиц Куйбышева и Красных Зорь размещен памятный знак – ротонда с куполом и крестом, в память о всех захороненных в различное время на территории Казачьего кладбища.

Памятники на могилах погребенных представляют интерес с точки зрения изучения культурных традиций омского общества, а также обладают определенной художественной ценностью. Надмогильный памятник всегда имеет особенность: он отличается от других видов скульптуры особым эмоциональным настроем. Подводя итог жизненного пути человека, памятник говорит о вечных ценностях: героике и патриотизме, честности и преданности убеждениям, служении обществу трудом и талантом. Таким образом, некрополи являются ценнейшим источником историко-культурной информации, которая хранится в них на протяжении нескольких столетий и может послужить хорошей основой для историко-биографических, историко-культурных и искусствоведческих исследований.



Примечания

1 Государственное учреждение Государственный архив Омской области. Ф. 67. Оп. 1. Д. 403. Л. 1–1об.

2 Омский некрополь: Исчезнувшие кладбища. – Омск: ОАО «Омский дом печати», 2005.– С. 195.

3 Там же. – С. 195–196.

4 Там же. – С. 198.


© Сибирский филиал Института наследия, Омск, 2009–2018
Создание и сопровождение: Центр Интернет ИМИТ ОмГУ
Финансовая поддержка: РГНФ, проект 12-01-12040в
«Информационная система «Культурные ресурсы Омской области»